?

Log in

No account? Create an account

Категория: история

Ташкент, Чорсу



Раньше эта гостиница называлась Москва, а после развала СССР ей дали имя Чорсу.

promo grazy_gunner февраль 23, 2013 22:57 21
Buy for 10 tokens
Рецептов приготовления узбекского плова столько же, сколько поваров его готовящих, хотя общие признаки таки есть. Плов готовят из риса, мяса и большого количества моркови, остальное на ваше усмотрение. Вместо растительного масла можно использовать курдючный жир. Морковь в плове может быть красной…

Медресе Кукельдаш

Крупнейшее из 23 медресе старого Ташкента, построено не позднее 1569 года министром ташкентских шейбанидских султанов Барак-хана и Дервиш-хана, носившим прозвище «кукельдаш».



На деловом форуме, в котором принимала участие казахская и турецкая сторона, в Стамбуле Нурсултан Назарбаев заявил, что казахский народ самый лучший из джигитов.

«Казахстан – это историческая родина всех тюрков, и мы здесь живем. Всем известно, что в 1861 году Россия убила нашего казахского хана и сделала нашу страну своей колонией на 130 лет. За это время казахский народ чуть не потерял свою национальную культуру, казахский язык и религию. Но в 1991 году Всевышний услышал нас, и мы стали независимы.

Он так же добавил: «В 1991 году турецкий президент первым поздравил Казахстан с независимостью, разделив с нами эту радость. И мы до сих пор это помним и всегда будем помнить».



Если фактически с момента смерти Сталина в 1953 году и вплоть до перестройки набирал обороты процесс реабилитации, то есть оправдания жертв репрессий (в основном посмертно), то нынешние российские судебные органы, похоже, задались обратной целью — обелить палачей и реабилитировать карательные внесудебные расправы эпохи сталинизма.

[Нажмите, чтобы прочитать]
Военные прокуроры проверили 270 тыс. дел времен сталинских репрессий. 60% приговоров признали обоснованными. Проверка заняла почти три десятка лет, в результате осуждение 180 тыс. репрессированных было признано обоснованным. Об этом пишет «Интерфакс» со ссылкой на Главную военную прокуратуру.

Особую кощунственность заявлению ГВП придает то, что по ее признанию проверки проводили, руководствуясь законом о реабилитации жертв политических репрессий, который был подписан Борисом Ельциным в 1991 году. Политическими репрессиями, согласно закону признаются не только необоснованные судебные решения, но также административные меры ― ссылки, высылки, принудительные работы и другие. К жертвам политических репрессий закон относит не только самих репрессированных, но и их родственников. То есть вместо того, чтобы раскрыть полный масштаб беззаконных действий сталинских палачей, нынешние прокуроры по сути их оправдали. О том, что выстроенная на основе некоего «анализа» сфальсифицированных, выбитых под пытками показаний, порочна уже в своей сути, свидетельствует тот факт, что еще 16 января 1989 года был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР, в котором говорилось: «Осудить внесудебные массовые репрессии периода сталинизма, признать антиконституционными действовавшие в 30-40-х и в начале 50-х годов «тройки» НКВД-УНКВД, коллегии ОГПУ и «особые совещания» НКВД-МГБ-МВД СССР и отменить вынесенные ими внесудебные решения, не отмененные к моменту издания настоящего Указа». Между тем, на основании решения «троек», которые пытается реабилитировать ГВП, как раз и выносились приговоры в эпоху Большого террора 1937-1938гг. Напомним, в период «ежовщины» с 1 октября 1936 года по 1 ноября 1938 года органами НКВД СССР арестовано 1 565 041 человек. За это время по решению «троек» осуждено 1 336 863 человек, из которых 668 305 человек, то есть — половина расстреляны.

Как можно признать решения карательных органов «обоснованными», если сами действия этих органов, являющихся лишь жестокой пародией на правосудие, ранее официально были признаны не имеющими законной силы? Объяснить это можно лишь тем, что нынешние прокуроры по сути нарушают закон, выказывая доверие кровавым фальшивкам, выбитым под пытками. Почему Верховный Совет признал не имеющими юридической силы материалы «следствия» «троек», вполне объяснимо. В состав «троек», созданных для рассмотрения дел арестованных в ходе массовой операции по приказу НКВД СССР № 00447 от 30 июля 1937 года, как правило входили: председатель — местный начальник НКВД, члены — местные прокурор и первый секретарь. Решения выносились «тройкой» заочно — по материалам признаний, выбиваемых из подозреваемых сотрудниками НКВД, а во многих случаях и вовсе при отсутствии каких-либо материалов — просто по представляемым спискам арестованных. Из этого уже видно, о каких «обоснованных» делах сейчас разглагольствует ГВП. Как и сталинские палачи нынешние прокуроры, по всей видимости, считают признание вины подозреваемым уже достаточным основанием для приговора. Между тем, как получались такие признания выразительно рассказал в свое время начальник управления милиции в Иваново М. П. Шрейдер, вспоминавший о выездном заседании местной «тройки»: «До суда всех подследственных крепко обрабатывали, уговаривая их не отказываться от выбитых у них показаний, обещая за это сохранить им жизнь. Следует отметить, что ещё до начала судебного заседания машинистка печатала под диктовку секретаря суда заранее определённые приговоры с одной только мерой наказания — расстрел. Хотя я имел право войти в помещение, где происходил суд, я не мог этого сделать — мне стыдно было смотреть в глаза подсудимым».

Решение «тройки» обжалованию не подлежало, и, как правило, заключительным документом в деле являлся акт о приведении постановления в исполнение.

О том, насколько «обоснованными» были судебные дела можно судить также и по тому, как и кто попадал под гребенку сталинских репрессий. Согласно секретному приказу НКВД № 00447 от 30 июля 1937 года репрессированию подлежали ведущие активную антисоветскую (подрывную) (преступную) деятельность бывшие кулаки; члены повстанческих, фашистских, террористических и бандитских формирований; члены антисоветских партий, бывшие белые, чиновники, каратели; уголовники, ведущие преступную деятельность и связанные с преступной средой.

В действительности под каток репрессий как правило попадали рядовые граждане, среди которых были крестьяне, рабочие, сельское духовенство. В соответствии с приказом репрессии осуществлялись на основании ориентировочных «плановых цифр». Впоследствии руководителями среднего звена и органами НКВД «плановые лимиты» были многократно превышены.

О каких «врагах народа» в действительности шла речь можно судить хотя бы по тому, что значительной категорией репрессированных были священнослужители. Согласно цифрам, приведённым А. Н. Яковлевым в 1937 году было арестовано 136 900 православных священнослужителей, из них расстреляно — 85300, а в 1938 году было арестовано 28 300, расстреляно — 21 500.

Общее число репрессированных в СССР неизвестно по сей день. Документально установлено, что только в 1937–1938 годах было арестовано более 1,6 млн граждан, из которых почти 700 тыс. ― расстреляны. По данным «Мемориала», общее число репрессированных в СССР превышает 12 млн.

«Говорить об объективности ГВП, взявшейся оправдать репрессии, разумеется не приходится. Не только по тому, что всем прекрасно известно, как фабриковались эти дела, но и за давностью лет — не осталось ни свидетелей тех событий, ни сгинувших в машине террора жертв, ни в большинстве случаев даже палачей. Моя бабушка вспоминала, что когда они с дедом работали геологами в Оймяконе, у них был знакомый инженер. Он отсидел десять лет за то, что рассказывал анекдоты про Сталина. И таких случаев — тысячи. Зачем понадобилось прокуратуре «обосновывать» эти дела можно лишь догадываться. Возможно с тем, чтобы подготовить страну к новой волне гонений на общество. Уже сейчас можно угодить за решетку за посты, репосты. То есть по сути, в свое время как за рассказ анекдотов про «великого кормчего». Учитывая декоративный характер нашей демократии, исключить такую возможность в будущем нельзя. Тем более, что стараниями властей уже идет реабилитация сталинизма. Достаточно сказать, что почти половина россиян согласно опросам уже считают, что под каток Большого террора как правило попадали не невинные люди, а «враги народа», — сказал «Гражданским силам.ру» руководитель электронной библиотеки «Вне насилия» Виталий Адаменко.



Сергей Путилов


Власть стравливает народ, чтобы заболтать реальные проблемы страны.

Кандидат исторических наук, публицист Ольга Четверикова о том, почему власть не идет на диалог с протестующим обществом, «московское дело» прирастает новыми фигурантами, об опасности ментального контроля.

Общество открыто заговорило о политических репрессиях в России.

Нынешние события повторяют сценарий 80−90 годов.

Россия на рубеже: идет окончательная зачистка социальной сферы.

Надо менять систему собственности, а не только команду расчленяющую, распродающую страну.

Об этом и многом другом — в программе «Открытая студия».



Сталин создал новое общество. Оно живет в России до сих пор.

Не было в русской истории страшнее и тяжелее времени, чем XX век, надломивший наш народ и перемоловший в своих жерновах миллионы человеческих жизней. Как советская власть создавала новое общество, сознательно преследуя и уничтожая самых грамотных и трудолюбивых людей прежней России? Почему после Великой Отечественной войны Сталин всячески ущемлял фронтовиков и особенно инвалидов? Что современная Россия и нынешнее общество унаследовали от той эпохи? Обо всем этом «Ленте.ру» рассказала кандидат исторических наук, преподаватель Северного Арктического федерального университета имени М.В. Ломоносова Елизавета Хатанзейская.

[Нажмите, чтобы прочитать]
Культура тотального лицемерия

«Лента.ру»: Историк Ольга Великанова в книге «Разочарованные мечтатели…» утверждает, что в 1920-е годы в СССР «идентификация с советскими ценностями ограничивалась пределами небольшого большевистско-советского сектора и части молодежи», несмотря на мобилизационные кампании («военные тревоги» 1923, 1924 и 1927 годов, празднование первого юбилея Октябрьского переворота, массовая репрессивная операция ОГПУ летом 1927 года). Чем в этом смысле сталинские 1930-е годы отличались от предшествующего десятилетия? Удалось ли создать нового советского человека?

Елизавета Хатанзейская: Задачу создания нового человека поставил перед советским государством еще Ленин в первые годы после революции. Однако непосредственно начало процесса создания нового советского человека историки относят к концу 1920-х годов. Формально ключевой датой можно считать 1929 год, который Сталин назвал «годом великого перелома».

В экономике это начало воплощения в жизнь плана сплошной коллективизации и ускоренной индустриализации, в общественной жизни — дальнейшее усиление репрессий, направленных на широкий круг лиц, обозначенных термином «бывшие эксплуататорские классы», а также более широким понятием «социально чуждые элементы». Особой мишенью в этом процессе стала дореволюционная интеллигенция. Что касается гуманитарной сферы, то здесь началась так называемая культурная революция, то есть создание собственно советского искусства и стиля жизни.

Если 1920-е годы отличались многообразием форм творчества и сосуществованием множества культурных течений, то к концу 1920-х – началу 1930-х годов власть все это свернула, и постепенно единственным возможным художественным направлением стал так называемый большой стиль. В архитектуре он был выражен монументальным и помпезным сталинским ампиром взамен запрещенного конструктивизма, а в литературе, живописи, музыке и кинематографе — соцреализмом. В числе прочих средств искусство использовалось как инструмент формирования нового советского человека (Homo soveticus), процесс создания которого, как отмечают социологи, растянулся до середины 1960-х годов.

Каким образом?

Посредством искусства, выполнявшего функцию пропаганды, сталинское руководство внушало населению новые моральные установки. Взамен прежних социально-нравственных норм о взаимной ответственности людей друг перед другом, норм совести и естественной человеческой морали советская власть требовала, чтобы каждый индивид был ответственен только перед ней, персонифицированной в образе сильного и справедливого вождя. Любой человек с точки зрения идеологии становился маленьким винтиком в составе гигантской государственной машины, и вся его жизнь оказывалась полностью подчиненной целям государства. Историки и культурологи именно это время связывают с формированием тоталитарного советского сознания.

Вы сказали о культурной революции. Но я читал, что она началась лишь в середине 1930-х годов, когда советская власть восстановила некоторые элементы прежних дореволюционных традиций и практик.

Да, возвращение изучения истории в учебных заведениях, частичная реабилитация русского патриотизма и даже восстановление празднования Нового года с украшением елок случилось уже в середине 1930-х годов. Но процесс культурной революции, задачей которой было формирование новой советской культуры, стиля жизни и, как итог, нового советского общества, начался еще в 1929 году. Это можно проследить по официальным документам того времени.

Эта политика особенно ярко выражалась в ликвидации безграмотности. В 1930 году в Советском Союзе, где более половины населения было неграмотным или малограмотным, ввели всеобщее начальное образование. Но это сделали не для того, чтобы люди становились образованнее, могли самостоятельно получать и анализировать информацию. Главная цель этих мероприятий состояла в том, чтобы население было более восприимчиво к официальной пропаганде: могло читать советские газеты или хотя бы понимать основные советские лозунги.

Отличительной особенностью сознания нового советского человека, формируемого в ту пору, была его неспособность сопоставить две картины мира: транслируемую через систему пропаганды (в том числе кинофильмы) и ежедневно наблюдаемую в повседневной жизни. Проще говоря, он мог видеть арест соседа, а потом спокойно пойти в кино с мыслью «у нас невиновных не сажают». Неспособность проанализировать две эти реальности (подлинную и сконструированную) порождала в его сознании когнитивный диссонанс, сопровождавший Homo soveticus все годы советской власти.

Неспособность, а часто и нежелание что-либо противопоставить централизованной системе насилия и пропаганды — важная черта советского массового сознания эпохи сталинизма. Поэтому культура 1930-х годов — это культура тотального лицемерия. Именно она сформировала главное свойство последующих советских поколений — двоемыслие. Видя, что происходит на самом деле, люди пытались приспособить свое сознание под каноны официальной пропаганды, боясь выпасть из социальной среды и жестко стратифицированной советской социальной иерархии.

Лишенцы и спецпоселенцы

Вы писали, что после коллективизации и в годы первых пятилеток «сталинская политика не только опиралась на сформированные ею социальные группы, но и формировалась под их воздействием». Что это значит?

На протяжении 1930-х годов шел непрерывный процесс заключения негласных договоров между государством и отдельными социальными стратами. Советское общество никогда не было монолитным, оно представляло собой конгломерат огромного числа разнообразных социальных групп. Что характерно, никто из них не избежал страха, террора и лишений перед сталинской государственной машиной.

Расскажите, например, о крестьянстве, составлявшем тогда абсолютное большинство населения СССР.

Крестьянство к началу 1930-х годов было очень неоднородным. В результате сплошной коллективизации одни жители сел и деревень бежали в города, став заводскими рабочими (индустриальными новобранцами), другие вынужденно вступили в колхозы, третьи погибли во время раскулачивания (были расстреляны, умерли в лагере или на пересыльном пункте и т.д.). Во время коллективизации многие крестьяне были высланы в Северный край, Сибирь, Казахстан, на Дальний Восток, где их определили на лесозаготовки, добычу полезных ископаемых, строительные и заводские работы.

Их силами, а также силами непрерывно возраставшего числа заключенных были построены крупные промышленные объекты, транспортная и городская инфраструктура. При этом формально все они были объявлены советской властью вне закона, но ввиду дефицита трудовых ресурсов уже с 1931 года начался процесс их реабилитации. Некоторым спецпереселенцам в середине 1930-х годов даже разрешили вернуться домой, но большинство из них остались в местах поселения.

Получается, Сталин превратил советское общество в гигантский плавильный котел, где отливал из людей нужные ему формы.

Определение «плавильный котел» скорее подходит для США. Советское общество было жестко стратифицированной структурой, элементы которой почти не перемешивались. У каждой социальной группы была своя определенная роль в государстве — иначе людям было не выжить. Когда пишут о его якобы прозрачных социальных перегородках, то это не так.

Разве при Сталине в советском обществе не было социальных лифтов?

Конечно, были. Если крестьяне сбегали от коллективизации в город, где устраивались на завод или делали военную карьеру, — это социальный лифт. Большевистский режим вынуждал их (особенно это касается молодежи) приспособиться, отказаться от своей крестьянской идентичности и усвоить новые советские ценности. Многим из них впоследствии удалось даже продвинуться по комсомольской и партийной линии. Социолог Наталья Никитична Козлова в своих исследованиях показала, что подавляющая часть советской элиты хрущевской и брежневской эпохи были выходцами из крестьян.

Но для многих других категорий населения основные социальные лифты были закрыты: для так называемых представителей бывших эксплуататорских классов, лишенцев или — еще более распространенной в документах того времени и менее законодательно определенной категории «социально чуждых» (дворянство, интеллигенция, священство, купечество, крестьянство, бывшие служащие Белой армии и царского правительства) — представителей непролетарских социальных групп, на которых советская власть изначально смотрела враждебно. Все они до 1936 года были ущемлены в гражданских правах, а после принятия новой Конституции 1936 года их преследование продолжалось на основании ряда подзаконных актов и негласных распоряжений советского правительства.

Недавно публицист Дмитрий Ольшанский определил сталинизм как режим бешеной социальной миграции, а причинами его появления назвал обвальную урбанизацию и прорыв прежних социальных границ. Вы с ним согласны?

В целом да. Я бы только уточнила, что эту урбанизацию следует назвать насильственной, а ее причинами стали политика индустриализации, коллективизации и спецколонизации удаленных от центра районов СССР. Мощный репрессивный аппарат создавал возможности переброски огромного количества людей из одной точки страны в другую. Советский тип индустриализации тоже можно считать насильственным, поскольку осуществлен он был силами спецпереселенцев, административно высланных специалистов и заключенных.

Военное лихолетье

Изменилось ли что-нибудь в массовом сознании советских людей с началом Великой Отечественной войны?

Конечно. Накануне войны усилиями официальной пропаганды был создан миф о непобедимости Красной армии. Якобы в случае вооруженного конфликта враг будет разбит «малой кровью на чужой территории». И когда в 1941-1942 годах выяснилось, что все совсем не так, люди были ошеломлены. Средства массовой информации оказались в растерянности, как и руководство страны, а население в тылу вынуждено было выживать в условиях информационного вакуума, когда реальные факты и официальные сообщения (не всегда достоверные) переплетались со слухами. Все это сильно повлияло на массовые настроения в тылу: в очередной раз подорвана была вера в государство и во «всесильного вождя» Сталина.

Каким образом?

Катастрофа 1941 года многих заставила иначе взглянуть на сущность большевистского режима. Я об этом могу судить по архивным документам (спецсводкам НКВД о настроениях населения) и многочисленным интервью, которые я брала у очевидцев той эпохи для своего научного исследования. Были и те, кто откровенно ждал прихода немцев, — настолько ненавистна им была советская власть с ее лживостью и непрерывным насилием.

Например, в 2005 году был опубликован дневник архангелогородца Филадельфа Паршинского, наглядно показывающий обстановку первых месяцев войны и настроения людей того времени. Несколько лет назад Международный центр истории и социологии Второй мировой войны Высшей школы экономики в Москве под руководством профессора Олега Витальевича Будницкого выпустил сборник документов «"Свершилось. Пришли немцы!" Идейный коллаборационизм в СССР в период Великой Отечественной войны».

Там содержится много информации о причинах коллаборационизма и его природе. В годы войны, как и в 1930-е годы, советское общество не было монолитным, и далеко не все ждали победы над Гитлером. Только в Архангельске огромное количество людей подверглось тогда репрессиям за антисоветские высказывания.

Историк Геннадий Костырченко рассказывал «Ленте.ру», что в годы Великой Отечественной войны «идеологический контроль советского государства над народом несколько ослаб».

Я с этим не соглашусь. Во-первых, судя по документам, во время войны численность пропагандистов и агитаторов, а также секретных сотрудников НКВД не только не уменьшилась, а наоборот — возросла. Во-вторых, по донесениям НКВД очевидно, что сталинское государство, несмотря на тяжелое положение на фронте в первые годы Великой Отечественной войны, бросило огромные силы на выявление и подавление любых проявлений общественного недовольства. Советская власть всегда внимательно отслеживала массовые настроения.

В интервью «Ленте.ру» историк Андрей Савин говорил, что большинство населения смирилось с советской властью только во время Великой Отечественной войны.

Тут я тоже не соглашусь. Профессор Олег Витальевич Будницкий, которого я уже упоминала, выступая на международной конференции «Сталинизм и война», проходившей в мае 2016 года в Высшей школе экономики в Москве, наглядно показал, что во время войны масштаб политических репрессий не просто не уменьшился по сравнению с 1930-ми годами, но был сопоставим с годами Большого террора.

Жители советских городов все видели своими глазами: расцвет черного рынка, воровство карточек и продовольствия, растерянность власти перед лицом опасности, голод, злоупотребление чиновников и снабженцев — и делали соответствующие выводы. В Архангельске положение было немногим лучше, чем в блокадном Ленинграде, — за 1941-1944 годы только по официальным данным умерло около 40 тысяч из 283 тысяч довоенного населения города. На самом деле в городе погибло гораздо больше людей. В частности, смерть беженцев, беспризорных и безнадзорных детей, заключенных не всегда учитывалась по целому ряду причин.

Помимо голода и разрухи, людей раздражал гигантский разрыв в материальном обеспечении между высшим партийным и военным начальством, сотрудниками НКВД, включенными в систему спецснабжения и получавшими спецпайки, снабженцами всех уровней, которые негласно участвовали в распределении товаров и услуг предвоенного и военного времени, и остального населения, фактически брошенного на произвол судьбы. Многие осознавали преступную сущность советской власти, но примириться с ней заставлял террор НКВД. Я вообще считаю, что одна из главных проблем современного российского общества заключается в том, что оно до сих пор не нашло в себе силы осознать свое прошлое. Сейчас есть немало людей, искренне верящих, что наша страна выиграла войну благодаря Сталину, а не вопреки ему.

«Моя хата с краю»

Война искалечила миллионы людских судеб, но победа в ней, как указываете и вы, и ваши коллеги, у многих породила иллюзии о смягчении сталинского режима. Как происходила адаптация вернувшихся фронтовиков к реалиям послевоенного времени?

Очень тяжело и болезненно. Этот процесс подробно описан в книге доктора исторических наук, профессора Института российской истории РАН Елены Спартаковны Сенявской «Психология войны в ХХ веке: исторический опыт России», а также в ее специальном исследовании по данной проблеме «1941-1945. Фронтовое поколение…». Фронтовики, с которыми я беседовала уже в нулевые годы, рассказывали о первых впечатлениях после возвращения с войны. Они больше поражались даже не виду разрушенных городов и тотальной нищете, а социальной несправедливости, выражавшейся в страшном социальном расслоении. Особенно их раздражала «золотая молодежь» — дети большевистской элиты, получившие «бронь» от призыва в армию и проводившие время в постоянных кутежах, в то время как их сограждане умирали от голода или вынуждены были заканчивать жизнь самоубийством, не видя для себя перспектив в мирном времени.

Вернувшись в нищую и разрушенную страну, фронтовики ничего не получили от советской власти. Многие из них остались без жилья, без работы, некоторые потеряли в войну семьи, близких. Никаких программ реабилитации для них не существовало. Никто им не помогал в мирной жизни ни с предоставлением жилья, ни с трудоустройством. Наоборот, сталинское государство стало демонстративно притеснять фронтовиков. Почти сразу против них начались репрессии.

В декабре 1947 года в СССР отменили празднование Дня Победы 9 мая, а с января 1948 года упразднили денежные выплаты и льготы для фронтовиков, имеющих ордена и награды (в том числе для Героев Советского Союза). Поэтому неудивительно, что многие фронтовики, осознав свою ненужность в мирной жизни и переживая сильнейший социальный стресс, совершали самоубийства или спивались. Но у них имелись и другие риски.

Какие?

Вернувшимся с войны важно было выговориться, но в условиях тоталитарного сталинского режима это было опасно. Простой правдивый рассказ о событиях войны мог любого превратить из героя войны в обыкновенного лагерника. Например, в конце 1940-х годов вместе с моей бабушкой в Медицинском университете Архангельска учился фронтовик, который на одной студенческой вечеринке вдруг стал рассказывать всю правду о войне: о нехватке боеприпасов, об ошибках командования, о крови и грязи в окопах.

Как потом выяснилось, один из присутствующих написал на него донос. Вскоре студента-фронтовика посадили на десять лет, а когда он вернулся, то продолжил обучение уже больным человеком, сильно подорвав здоровье в лагере. Стукач же много раньше закончил университет, но в городе многие знали о его поступке и не уважали его — замолкали, когда он входил в кабинет.

Или взять жуткую участь инвалидов войны, многие из которых оказались на улице и вынуждены были заниматься нищенством. Сталин решил эту проблему привычным для себя способом: в 1948 году в крупных городах прошли массовые зачистки, фронтовиков-калек принудительно отправили доживать свой век в специальные интернаты, больше похожие на концлагеря (наиболее известный из них находился на Валааме).

Как приспосабливалось к послевоенной жизни остальное население?

Тоже очень тяжело. Тотальная нищета военного времени и суровый быт продолжали тяготить многие годы после окончания войны, люди по-прежнему умирали от голода и болезней. Стратегии выживания и поведенческие установки, выработавшиеся у населения во время войны, надолго сохранялись и в мирной жизни.

Самый известный пример — это, конечно, ленинградские блокадники и их трепетное отношение к еде, особенно к хлебу. В моем родном Архангельске было примерно так же. К тому же после войны в стране с новым размахом продолжились массовые репрессии — так Сталин ответил на запрос общества о смягчении большевистского режима. Всеобщий страх, массовая нищета и крушение послевоенных надежд сильно деформировали сознание советских людей.

Какие элементы массового сознания советского городского населения, сформированные в сталинскую эпоху, сохранились в нашем обществе и поныне?

Конечно, многие стереотипы массового сознания сталинской эпохи остались до сих пор. Во-первых, это электоральное поведение населения — как и за кого люди голосуют на выборах. Во-вторых, фатализм и патерналистское отношение к нынешней власти, когда ее одновременно и боятся, и почитают. В-третьих, страх перед переменами, когда люди думают: «Мы потерпим, лишь бы хуже не было». В-четвертых, архаичное отношение к сущности государства. Многие всерьез считают, что его интересы первичны по отношению к интересам граждан, хотя на самом деле все должно быть наоборот: государство для людей, а не люди для государства.

Но, согласитесь, времена изменились, и сейчас у нас совсем другое общество, чем при Сталине.

Да, конечно. Изменения в массовом сознании происходят, но очень медленно. По моим наблюдениям, сейчас позитивная динамика заметно усилилась, особенно за последние два-три года. Но, к сожалению, немало людей у нас по-прежнему живут по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю». Как правило, они начинают иначе смотреть на социально-политическую реальность только тогда, когда какая-то проблема коснется их непосредственно — например, когда рядом со своим домом вдруг обнаруживают свалку или строящийся полигон для московского мусора. Стратегии выживания и стереотипы мышления, унаследованные от сталинской эпохи, и сейчас продолжают влиять на жизнь и поведение наших граждан. Это тяжелое наследие нескоро удастся преодолеть.

Беседовал Андрей Мозжухин
lenta.ru




На груди немецких солдат историки заприметили орден с Красной Звездой.

СССР, конечно же, солдат Третьего Рейха не награждал.

Так откуда?

[Из Турции]
Особая награда для немецких воинов была введена еще в 1915 году. Это не та красная звезда, о которой вы подумали, в Турции ее называют «Оттоманской военной медалью», а сами немцы величают «Железным полумесяцем».

Вручали ее и солдатам, и военным специалистам, отличившимся поддержкой Османского халифата.

Во времена Первой мировой войны халифат выступал союзником немцев.






В Праге неизвестные в очередной раз обрисовали памятник маршалу СССР Ивану Коневу.

[Нажмите, чтобы прочитать]
Вскоре на инцидент отреагировал российский МИД, который вызвал чешского дипломата в Москве и выразил ему протест.

«Заявили, что расцениваем подобные выходки вандалов и откровенное попустительство им со стороны местных властей как стремление исказить и переписать историю…навязать общественности противоречащий исторической правде негативный образ воинов-освободителей», – говорится в сообщении российского МИД.

Местные власти нашли способ, как избежать вандализма. Староста района Прага-6 Ондржей Колар предлагает России забрать памятник на территорию посольства. Об этом пишет «Radio Praha».

«Сейчас мы готовим письмо в посольство, в котором призовем их к переговорам и повторим наше предложение, сделанное еще два с половиной года назад, чтобы они перенесли памятник маршалу Коневу на территорию посольства, то есть на территорию РФ», — сказал чиновник.

«Если русские не согласятся, мы будем вести переговоры и с другими субъектами — Военно-историческим институтом, музеем тоталитаризма, который может появиться в Праге», — сказал староста.

Колар добавил, что чехи образовали инициативу против Конева. По его словам, смывать краску с памятника уже не будут.


inforesist.org


Метки:

Беглов на дебатах назвал себя беспартийным. Вскоре «Единая Россия» удалила с сайта его биографию

С сайта партии «Единая Россия» удалили страницу с биографией врио губернатора Петербурга Александра Беглова. За несколько часов до этого во время дебатов с другими кандидатами в губернаторы он назвал себя единственным из них, кто «не принадлежит ни к одной из партий».

При попытке зайти на биографию Беглова на сайте ЕР появляется «Ошибка 404», однако в кэше сохранились копии страницы с биографией Беглова, а поисковики Google и «Яндекс» выдают ссылки с фотографией чиновника и предпросмотром сведений о нем. До удаления на странице содержалась краткая биография Беглова, где он упоминался как член высшего совета партии и бывший глава ее петербургского отделения.

В дебатах кандидатов в губернаторы Петербурга также принимали участие соперники Беглова – режиссер Владимир Бортко (КПРФ), Михаил Амосов («Гражданская платформа») и Надежда Тихонова («Справедливая Россия»). В ходе дебатов Беглов заявил, что он «единственный хозяйственник» среди них, который «не принадлежит ни к одной из партий», и его «партия – это горожане».

Выборы губернатора Петербурга пройдут в единый день голосования 8 сентября, Беглов участвует в них как самовыдвиженец. Спикер ЗакСа Петербурга, глава регионального отделения «Единой России» Вячеслав Макаров заявлял, что партия поддержит его на выборах и не станет выдвигать своего кандидата – независимо от того, станет ли Беглов кандидатом от единороссов или выдвинется самостоятельно.



Титулы монархов растут всю свою историю. Новые обозначения нанизываются на них, а старые, давно утратившие своё историческое содержание, остаются. Например, английская королевская династия официально отказалась от титула «король Франции» только в 1800 году, хотя в действительности английский король только один раз — во время Столетней войны, и то лишь короткое время — занимал французский трон (Генрих VI в 1431-1450 гг.).

[Продолжить чтение...]
Императорский престол не был петербургским

В титуле Николая II сначала шёл император с перечнем земель, затем — царь, великий князь, князь и прочие с такими же перечнями. «Император и самодержец всероссийский» дополнялся прилагательными: «московский, киевский, владимирский, новгородский». Слово «петербургский» не встречалось нигде.
Слово «царь» стояло отдельно перед каждым обозначением «царств», коих считалось шесть: Казанское, Астраханское, Польское, Сибирское, Херсонеса Таврического, Грузинское. «Царь польский» вызывает недоумение по причине того, что Польского царства никогда не было, было Королевство Польское. Возможно, православный российский император не мог именоваться королём католической страны. Однако он преспокойно считал себя царём мусульманских стран и герцогом западноевропейских.
Непонятно, почему исторический титул Крымского царя был изменён на «царя Херсонеса Таврического», никогда в природе не существовавшего. И непонятно также, почему, наряду с прочими титулами Чингисидов, в императорский титул не вошли именования, например, царей Касимовского и Ногайской Орды.

Повелитель самоедов и чукчей

«Великий князь Смоленский, Литовский, Волынский, Подольский и Финляндский; князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Белостокский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных; государь и великий князь Новагорода низовския земли, Черниговский, Рязанский, Полотский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Угорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны повелитель».

В этом отрывке поражает форма перечисления и отсутствие какого бы то ни было логического порядка. Земли, дающие право на именование великим князем, разделены надвое перечислением земель с простым княжеским титулом. Особенно режет глаз географическое смешение.

После титула Полоцкого великого князя идут земли к северо-востоку от Москвы — от Ростова и Ярославля до Западной Сибири (Угорский, Обдорский, Кондийский). Вслед за тем титулы великого князя Витебского и Мстиславского снова возвращают нас в Западную Русь, а потом ещё один резкий зигзаг опять на Север: «и всея Северныя страны повелитель». Причём слово «повелитель» заставляет думать, что оно было некогда измышлено для приведения в трепет каких-нибудь остяцких и тунгусских князьков.

Что касается исторических титулов, то почему-то отсутствует «великий князь Тверской», хотя Рязанский, Смоленский, Нижегородский и даже какой-то Мстиславский — на месте.

Ниже бухарского эмира в Туркестане

«Государь Иверския, Карталинския и Кабардинския земли и области Арменския; Черкасских и Горских князей и иных наследный государь и обладатель». Это обозначение присоединённых к России стран Кавказа, хотя Грузинское царство было из них, как мы видели, выделено выше. Неважно, что Иверская и Карталинская земли — географически то же самое, что и Грузинское царство. Подобное повторение было выше с царством Казанским и княжеством Болгарским (Волжской Болгарии). Удивительно, что, при стремлении к многословию, здесь не названы отдельно царства, ханства и княжества Восточного Кавказа (Шушинское, Карабахское, Шемахинское, Нухинское и т. д.). Видимо, царские геральдики не стали утруждать себя их перечислением, ограничившись: «и иных».

В новоприсоединённой Средней Азии царский титул вообще не был никак разработан. Он ограничился скромным упоминанием: «государь Туркестанский». Хотя здесь можно было бы расписать царя Хорезмского, Согдийского, Кокандского, Чагатайского и т.д. Если, конечно, следовать той же логике, какая применялась при составлении других частей титула.

А норвежцы-то и не знали

В титуле упоминались зато западноевропейские государства, в которых российские императоры реально не правили. Николай II был «наследником Норвежским». На Венском конгрессе 1814-1815 гг. Дания как союзница Наполеона была лишена владения Норвегией. Большинство союзников, вопреки желанию Александра I, передали норвежскую корону Швеции. С тех пор российские императоры выставляли свои «исторические» претензии на норвежскую корону в своём титуле. В 1905 году, когда Швеция предоставила Норвегии независимость, Николай II бесполезно попробовал напомнить о своих «правах».

Династические родственные связи обусловили наличие у Николая II титулов «герцога Шлезвиг-Гольштейнского, Стормарнского, Дитмарсенского и Ольденбургского». На Ольденбургское герцогство российские императоры претендовали по причине замужества сестры Александра I великой княгини Екатерины Павловны за принцем Ольденбургским Петером, хотя тот и не имел прав на герцогский престол. Три другие герцогства российские императоры считали своим наследием по причине происхождения по мужской линии от Петра III Гольштейн-Готторпа.

Николай II не считался царём всея Руси

Архаичный громоздкий титул Николая II подвергался насмешкам либеральной публики. После созыва Государственной Думы в 1906 году стал юридическим нонсенсом титул «самодержец».

Для краткости Николай II применял в своих манифестах формулу: «Император и самодержец всероссийский, царь польский, великий князь финляндский». Это было понятнее полного титула, так как все земли, кроме Польши и Финляндии, административно входили в Российскую империю.

Но и русские националисты критиковали бездушную, по их мнению, конструкцию титула, ничего не говорившую русским людям. Публицист Николай Черняев возмущался, почему русский монарх называется «царём Польским», но в его титуле нет слов «царь Русский». Действительно, при таком пристрастии к коллекционированию мельчайших титулов самым странным выглядело исчезновение исторически реального титула «царя Великой, Малой и Белой Руси».


cyrillitsa.ru


Grazy Gunner

фотки Ташкента

старый Ташкент

Сайт о фэнтези




Если вы хотите разместить рекламу в этом блоге или предложить сотрудничество, пишите на почту:




Статистика





Метки

Подписки

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com