Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Я

Всеволод Чаплин предложил отменить Новый год из‐за блуда и богопротивности

После захвата власти в России жидо-большевики отменили старые буржуазные праздники.

Официальная история Рождества в Советской России закончилась в 1929 году, когда оно перестало быть выходным днем.

В 1935 году краснопузые разрешили праздновать Новый год. Вместо святого Николая появился Дед Мороз. В январе 1937 года у Деда Мороза появилась обязательная спутница — Снегурочка.

До 1947 года 1 января в СССР продолжал оставаться рабочим днём. А потом народ втянулся и Новый год стал общенациональным праздником, красным днём календаря.

Советская традиция празднования Нового года является одним из основных сюжетов в фильмах:

«Карнавальная ночь»
Ирония судьбы, или С лёгким паром!»
и т.д.

Митрополит Рязанский и Михайловский Марк в своем видеообращении 31 декабря выступил с критикой советского фильма «Ирония судьбы». Он заявил, что фильм не является положительным, а также противоречит христианским ценностям.

Андрей Мягков после этого заявления усомнился в умственных способностях священника.

Фильм «Ирония судьбы» — прекрасная и добрая новогодняя сказка, заявил ранее глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда.

Всеволод Чаплин: г-н Легойда решил защитить рязановский фильм. Только вот Церковь думает так, как владыка Марк, а не так, как Владимир Романович. Именно Церковь – а не полуверующие «захожане», которые до сих пор не освободились от привязанности к ложным культам. И даже если их «десятки миллионов» - надо призвать их измениться, а не подлаживаться к их чудовищной ментальности.

«Развлекательность, блуд, пустое времяпровождение, культ «звезд» попсы — все это христианству противоположно. А особенно противоположна антидуховная «душевность». Как раз она-то и вреднее всего, потому что подменяет Бога любовью к «родным и близким» страстям», — заявил протоиерей Всеволод Чаплин.

Новый год я бы, конечно, не стал отменять. Праздник хороший, весёлый.

Говённый рязановский фильмец «Ирония судьбы» терпеть не могу. Фильм и правда не положительный, странно, что его пропустила советская цензура. В фильме два русских алкаша делят польскую бабёнку, которая в итоге выбрала дурачка Мягкова.

Не понимаю, что люди находят в этом говнофильме хорошего.

Buy for 20 tokens
Что делать? Как поступать в этих случаях? Вот вам реальная история о том как рассийский бизнесмен Константин Волков, чей бизнес с помощью фейков был разрушен, поднялся снова и несмотря на то что реальные виновники уже давно наказаны, отголоски этой истории до сих пор мешают развиваться бизнесу.…
георгий победоносец

"Русский экзархат" обратился к Патриарху Кириллу с просьбой войти в РПЦ



Упраздненная Константинополем Архиепископия русских православных церквей в Западной Европе намерена вернуться в юрисдикцию Московского патриархата. Архиепископ Хариупольский Иоанн, глава "Русского экзархата", обратился с письмом к патриарху Кириллу, в котором содержится соответствующая просьба.

Архиепископия православных русских церквей в Западной Европе с центром в Париже была создана на основе приходов русских эмигрантов после революции 1917 года. В 1999 году патриарх Варфоломей подтвердил, что архиепископия пребывает под властью Константинополя, но 28 ноября 2018 года стало известно о его роспуске.

Западноевропейский экзархат приходов русской традиции имеет 65 приходов, 11 действующих церквей и 2 монастыря; основная масса его прихожан сосредоточена во Франции.



георгий победоносец

Позор епархии и прихода



Пресс-секретарь Тверской и Кашинской епархии иерей Максим Мищенко прокомментировал выкладывание в свои соцсети фотографий дорогой обуви и аксессуаров известных брендов протоиереем Вячеславом Баскаковым. Он считает, что священник опозорил епархию и свой приход.

«С точки зрения канонических или правовых норм, ведение аккаунтов в соцсетях не является нарушением. То есть ни церковных, ни светских законов он не нарушал. Но тут можно говорить о том, что он в некотором смысле опозорил епархию, свой приход», — сказал Мищенко.

При этом Мищенко добавил, что Баскаков хоть и «слегка инфантилен», но «неплохой человек» и исправно служит церкви.

А по-моему тут речь идёт не об инфантильности, а о голубизне во взгляде протоиерея.

георгий победоносец

Обряд крещения признали несогласованным митингом



Баптистского пастора Леонида Поворова признали виновным в организации несанкционированного митинга в Набережных Челнах, когда он проводил обряд крещения.

По словам Поворова, в конце июля 2018 года он с группой верующих отправился в безлюдное место к реке Каме. Там прихожане прошли обряд крещения и устроили чаепитие. Пастор подчеркнул, что мероприятие было закрытым, без лозунгов, транспарантов и призывов к миссионерской деятельности.

22 ноября его задержали и заключили под стражу. По мнению суда, участники встречи открыто демонстрировали свои религиозные убеждения, что могло причинить ущерб другим гражданам. Кроме того, проведение религиозного обряда на открытой воде могло угрожать жизни и здоровью прихожан. Пастора признали виновным в организации несанкционированного митинга и оштрафовали на 20 тысяч рублей.

Российский союз евангельских христиан-баптистов выпустил открытое письмо, в котором обвинил полицию в устрашении верующих. Члены союза расценили произошедшее как «посягательство на конституционные права и свободы верующих в нашей стране, что неизбежно влечет дискриминацию по религиозному признаку».

No comments!

Я

Разрешение на смерть

В нашу камеру попали мать и дочь. Это был единственный случай, когда родных не разъединили по каким-то соображениям. Матери было семьдесят лет, дочери — сорок.

Мать, внучка сосланного в Сибирь декабриста, чистенькая, домовитая старушка, очень религиозная, внимательно поглядывала вокруг и только руками разводила. Выслушает какую-нибудь горестную повесть, пожмет плечами и скажет: “Давайте-ка лучше пить чай с сухариками! Я посушила на батарее”. А сухарики аккуратно нарезаны ниткой (ножей ведь в тюрьме не бывает), хорошо высушены, посыпаны солью.

Дочка, Тамара Константиновна, — врач. Материнская порода чувствовалась во всем: сдержанная, внешне спокойная, всегда подтянутая. А выдержка ей была очень нужна: ей вменяли тяжелое преступление по 8-му пункту (террор).

Следователь поклялся добиться признания и применял к ней весь арсенал своих средств. Ее запугивали, били, по пять-восемь суток она сидела в холодном карцере на хлебе и воде за грубость на следствии и запирательство. Вызывали ее каждую ночь, а днем не давали спать. Бывало, придет бедная Тамара Константиновна в восемь часов утра, сядет спиной к двери и сидя хочет поспать. Тотчас окрик: “Не спать!” Так она и мучилась целыми днями. Мать и мы все ее загораживали, а нас отгоняли.

После отбоя, только она ляжет, лязг ключа и голос дежурного: “Собирайтесь на допрос!” При всей своей выдержке она менялась в лице, и слезы катились из глаз. А мать крестила ее и шептала: “Мужайся!”

Дело дочери оборачивалось плохо, несмотря на то что она не подписала ни одного протокола. Много было показаний на нее, бессмысленных, явно выбитых, но вполне достаточных, чтобы обеспечить ей пятнадцать лет. (Их она впоследствии и получила.)

А мать почему-то решили отпустить. Почему, никто не знал. Пути следствия неисповедимы, но по целому ряду признаков было ясно, что ее отпустят.

И вот однажды вошел в камеру корпусной и вызвал нашу старушку с вещами. Мы поняли, что на волю. (Так оно и оказалось.) Милая наша старушка раздала в камере все свои вещи — кому расческу, кому зубную щетку, кому теплые носки.

Дочери отдала все самое лучшее, а потом перекрестила ее и сказала: “Благословляю тебя материнским благословением и разрешаю, если очень плохо будет, наложить на себя руки. Не надо мучиться. Грех твой перед Богом беру на себя!”. Тамара Константиновна целовала ее руку, а мать крестила ее, молилась, и такое чудесное, светлое было у нее лицо, точно дарила она дочери жизнь, а не разрешение на смерть.

Из книги мемуаров Ольги Адамовой-Слиозберг «Путь».

георгий победоносец

Ректор МГУ предложил изучать церковнославянский язык

Ректор Московского государственного университета им. Ломоносова Виктор Садовничий выступил с интересным предложением.



Ректор высшего учебного заведения заявил, что в российских школах можно было бы ввести изучение церковнославянского языка. Речь идет не об обязательных занятиях, отметил Виктор Садовничий, а о занятиях в формате факультатива. Изучения церковнославянского языка, отметил Садовничий, лежит в традициях отечественного образования. Современный русский язык и церковнославянский можно изучать параллельно, считает он, через призму истории народа.

С такой любопытной инициативой ректор МГУ выступил на очередном съезде учителей русской словесности.

Уверен, что предложение Виктора Садовничего очень понравится Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу.

Тогда, кстати, хоть кто-то будет понимать в храмах, что там говорят священники во время литургии.

Если сообщение с предложением Садовничего дойдёт до главных СМИ, то гусские атеисты поднимут вой до небес. Они костьми лягут, но не допустят того, чтобы русские хотя бы факультативно могли изучать древний язык.

Я

Патриарх Константинопольский не впервые выступает против русских

В 1853—1856 годах Россия воевала против коалиции, в составе которой были Британская, Французская, Османская империи, и Сардинское королевство.

Боевые действия разворачивались на Кавказe, в Дунайских княжествах, на Балтийском, Чёрном, Азовском, Белом и Баренцевом морях, а также на Камчатке и Курилах. Наибольшего напряжения они достигли в Крыму, поэтому в России война получила название «Крымской».

Константинопольский Патриарх Анфим VI Куталианос (Иоаннидис) написал тогда, что на «Литургии нужно молить Господа повергнуть русских к ногам турок».

Некоторые считают, что Патриарх издал указ вынужденно. Мол, он находился под властью турецкого султана, и прекрасно понимал, что с ним будет в случае неповиновения. То есть он просто за бздел. И поэтому издал указ о том, чтобы православные подданные молились о победе турецкого оружия.

Патриарх в своем распоряжении угрожал, что все монастыри, которые не выполнят его, будут подвергнуты строгому наказанию.

Была составлена специальная молитва, которую нужно было прочитывать вслух.

Константинопольский Патриарх поставил Магомета выше Христа. Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа сказал Сыну Своему: “… положу враги Твоя подножие ног Твоих…” (Пс. 109,1), а Анфим VI просил Его повергнуть Сына Своего к ногам Его врагов!

Россия ту войну проиграла. 13 февраля 1856 начался Парижский конгресс, а 18 марта был подписан мирный договор.

В ходе дискуссий на Парижском конгрессе Россия вела себя не как разбитая страна. Так, например, австрийцы потребовали у России Бессарабию, на что последовал жёсткий ответ русского делегата, графа Орлова: "господин австрийский уполномоченный не знает, какого моря слёз и крови такое исправление границ будет стоить его стране".

Некоторые люди считают, что и нынешний Константинопольский Патриарх просто вынужден выступать против РПЦ, мол, вынуждают его демоны американские, идти против православных.

георгий победоносец

Папа римский хочет переписать Библию

Папа римский Франциск опять привлёк к себе внимание СМИ. На этот раз он решил высказаться о Библии. Понтифик считает, что содержание Библии сильно устарело. И текст Священного Писания нуждается в серьёзных корректировках.



«Мы не можем общаться с народом с помощью Библии, которой две тысячи лет. Мы теряем паству. Церковь необходимо модернизировать. Текст Писания придётся отредактировать, даже если это всего лишь Ветхий Завет. В нём содержатся сюжеты, которые лучше не повторять», — заявил Франциск.

Скорее всего, речь идёт о толерантности. Видимо гомосексуальное лобби настолько сильно в Ватикане, что даже папа решился на критику Библии.

Я считаю, Библию нельзя корректировать. За две тысячи лет черное не стало белым, а белое черным. А то, что сейчас во многих странах мира не преследуют людей за мужеложство и даже легализованы однополые браки не значит, что Бог стал одобрять и поощрять гомосексуализм.

И то, что он не уничтожает города и страны, как когда-то уничтожил Содом и Гоморру вовсе не означает, что теперь гомосексуализм не считается грехом.

Мужеложники по прежнему не унаследуют Царства Божьего.

кино

Наедине с богами: Последние 49 дней / Along With the Gods: The Last 49 Days



Год выпуска: 2018
Страна: Южная Корея
Жанр: фэнтези, приключения, драмы

Режиссер: Ким Ён-хва

В ролях: Ха Джон-у, Чу Джи-хун, Ким Хян-ги, Ма Дон-сок, Ким Дон-ук, Ли Джон-джэ, Чо Хан-чхоль, Лим Вон-хи, Ким Мён-гон, Чон Ю-ан

Посмотрел фильм Наедине с богами: Последние 49 дней / Along With the Gods: The Last 49 Days.

Фильм мне понравился! Хороший сценарий! Хорошие спецэффекты! Российским кинематографистам надо поучиться у корейцев, как надо снимать хорошее кино.

Синопсис: Три хранителя (ангелы смерти) ведут очередного смертного. Они хотят перерождения. Но им мешает Бог домашнего очага, Домовой, который помнит прошлое хранителей. Он рассказывает им их историю, о том, как они жили и погибли.

7.5 из 10

Оказывается режиссер Ён Хва Ким в прошлом году выпустил фильм С Богами: Два мира (Прогулка с Богами) / Along With The Gods (The Two Worlds), а фильм Наедине с богами: Последние 49 дней вроде как продолжение. Надо будет и этот его фильм посмотреть.

Я

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)

На Родительское были с женой на боткинском кладбище Ташкента, праздновали Пасху вместе с усопшими родственниками. На обратном пути зашли в церковь. Обычно мы проходим так, чтобы подойти к главному входу. В этот раз я решил не обходить и прошёл к церкви напрямик. И по ходу дела обнаружил могилу жены и дочери святителя Луки.



[Продолжить чтение...]


Архиепископ Лука — епископ Русской православной церкви, с апреля 1946 года — архиепископ Симферопольский и Крымский, российский и советский хирург, учёный, автор трудов по анестезиологии, доктор медицинских наук, профессор; духовный писатель, доктор богословия (1959).

Архиепископ Лука стал жертвой репрессий и провёл в ссылке в общей сложности 11 лет. Реабилитирован в апреле 2000 года.



Весной 1916 года Валентин Феликсович обнаружил у жены признаки туберкулёза лёгких, состояние здоровья Анны Васильевны ухудшалось. Узнав о конкурсе на должность главного врача Ташкентской городской больницы, немедленно подал заявку, поскольку в те времена у врачей бытовала уверенность, что туберкулёз можно вылечить климатическими мерами. Сухой и жаркий климат Средней Азии в этом случае подходил идеально. Избрание профессора Войно-Ясенецкого на эту должность произошло в начале 1917 года.

Войно-Ясенецкие прибыли в Ташкент в марте 1917 года.

В январе 1919 произошло антибольшевистское восстание под руководством К. П. Осипова. После его подавления на горожан обрушились репрессии: в железнодорожных мастерских вершила революционный суд «тройка», обычно приговаривавшая к расстрелу. В больнице лежал тяжелораненый казачий есаул В. Т. Комарчев. Валентин Феликсович отказался выдавать его красным. Случился донос и Войно-Ясенецкий и ординатор Ротенберг, но до рассмотрения дела их заметил один из известных деятелей Туркестанской ячейки РКП(б), который знал Валентина Феликсовича в лицо. Он расспросил их и отправил обратно в больницу. Валентин Феликсович, вернувшись в больницу, распорядился готовить больных к операции, как будто ничего не случилось.

В конце октября 1919 года Войно-Ясенецкий стал вдовцом имея на руках четверых малолетних детей.

Валентин Феликсович вёл активную хирургическую практику и способствовал основанию в конце лета 1919 года Высшей Медицинской школы, где преподавал нормальную анатомию. В 1920 году был образован Туркестанский Государственный Университет. Декан Медицинского факультета П. П. Ситковский, знакомый с работами Войно-Ясенецкого по регионарной анестезии, добился его согласия возглавить кафедру оперативной хирургии.

Регулярно посещая богослужения в местной церкви, он часто выступал и на собраниях верующих с беседами о Священном Писании. В конце 1920 года на епархиальном собрании он произнес речь о положении дел в Ташкентской епархии, после чего к нему подошел епископ Ташкентский и Туркестанский Иннокентий (Пустынский) и сказал: «Доктор, вам надо быть священником!» Об этом Валентин никогда не думал, но слова правящего архиерея воспринял как призыв Господа: «Хорошо, Владыко! Буду священником, если это угодно Богу!»

1921 год – страшное время, многие архиереи, священники и миряне уже пострадали за веру во Христа. Был расстрелян митрополит Киевский Владимир, другой митрополит – Вениамин – с группой осужденных ждал смертного приговора, многих отправили в лагеря и ссылки. Именно в это время Валентин Войно-Ясенецкий принял сан.

В 1923 году Лука возглавил Туркестанскую епархию.

На следующий день, 4 июня, в стенах ТГУ состоялся студенческий митинг, на котором было принято постановление с требованием увольнения профессора Войно-Ясенецкого. Руководство университета отвергло это постановление и даже предложило Валентину Феликсовичу руководить ещё одной кафедрой. Но он сам написал заявление об уходе. 5 июня он в последний раз, уже в епископском облачении, присутствовал на заседании Ташкентского научного медицинского общества при ТГУ.

6 июня в газете «Туркестанская правда» появилась статья «Воровской архиепископ Лука», призывавшая к его аресту. Вечером 10 июня, после Всенощного бдения, он был арестован.

Епископу Луке, а также арестованным с ним епископу Андрею и протоиерею Михаилу Андрееву были предъявлены обвинения по статьям 63, 70, 73, 83, 123 Уголовного Кодекса. Ходатайства прихожан об официальной выдаче заключённых и ходатайства больных о консультации профессора Войно-Ясенецкого были отклонены.

Учитывая политические соображения, слушание дела гласным порядком было нежелательным, поэтому дело было передано не в Реввоентрибунал, а в комиссию ГПУ. Именно в Ташкентской тюрьме Валентин Феликсович закончил первый из «выпусков» (частей) давно задуманной монографии «Очерки гнойной хирургии». В нём шла речь о гнойных заболеваниях кожных покровов головы, полости рта и органов чувств.

9 июля 1923 года епископ Лука и протоиерей Михаил Андреев были освобождены под подписку о выезде на следующий день в Москву в ГПУ. Всю ночь квартира епископа была наполнена прихожанами, пришедшими проститься. Утром, после посадки в поезд, многие прихожане легли на рельсы, пытаясь удержать святителя в Ташкенте.

Прибыв в Москву, святитель зарегистрировался в ГПУ на Лубянке, но ему объявили, что он может прийти через неделю. За эту неделю епископ Лука дважды бывал у Патриарха Тихона и один раз совершал богослужение вместе с ним.

После долгого следствия 24 октября 1923 года комиссия ГПУ вынесла решение о высылке епископа в Нарымский край.

23 августа 1924 епископ Лука был отправлен в новую ссылку — в Туруханск. По прибытии епископа в Туруханск его встречала толпа людей, на коленях просившая благословения. В автобиографии епископ Лука вспоминает также, как ссыльный баптистский пресвитер Иван Шилов только ради бесед с ним приплыл в Туруханск по Енисею за семьсот вёрст уже с началом ледохода. Профессора вызвал председатель крайкома В. Я. Бабкин, который предложил сделку: сокращение срока ссылки за отказ от сана. Епископ Лука решительно отказался „бросать священную дурь“.

20 ноября 1925 года в Туруханск пришло постановление об освобождении гражданина Войно-Ясенецкого, которое ожидалось с июня. 4 декабря он, провожаемый всеми прихожанами Туруханска, отъехал в Красноярск, куда прибыл лишь в начале января 1926 года. Он успел сделать в городской больнице показательную «оптическую иридэктомию» — операцию по возвращению зрения путём удаления части радужной оболочки. Из Красноярска епископ Лука отправился поездом в Черкассы, где жили родители и брат Владимир, а потом приехал в Ташкент.

В Ташкенте был разрушен кафедральный собор, осталась только церковь Сергия Радонежского, в которой служили священники-обновленцы. Протоиерей Михаил Андреев требовал от епископа Луки освятить этот храм; после отказа от этого Андреев перестал ему подчиняться и доложил обо всём местоблюстителю патриаршего престола Сергию, митрополиту Московскому и Коломенскому, который стал пытаться перевести Луку то в Рыльск, то в Елец, то в Ижевск. По совету ссыльного митрополита Новгородского Арсения Лука подал прошение об увольнении на покой, которое было удовлетворено.

Профессор Войно-Ясенецкий не был восстановлен на работу ни в городскую больницу, ни в университет. Валентин Феликсович занялся частной практикой. По воскресным и праздничным дням служил в церкви, а дома принимал больных, число которых достигало четырёхсот в месяц. Кроме того, вокруг хирурга постоянно находились молодые люди, добровольно помогавшие ему, учились у него, а тот посылал их по городу искать и приводить больных бедных людей, которым нужна врачебная помощь. Таким образом, он пользовался большим авторитетом среди населения.

Тогда же он отправил на рецензирование в государственное медицинское издательство экземпляр законченной монографии «Очерки гнойной хирургии». После годового рассмотрения она была возвращена с одобрительными отзывами и рекомендацией к публикации.

5 августа 1929 года покончил с собой профессор-физиолог Среднеазиатского (бывшего Ташкентского) университета И. П. Михайловский, который вёл научные исследования по превращению неживой материи в живую, пытавшийся воскресить своего умершего сына; итогом его работ стало психическое расстройство и самоубийство. Его жена обратилась к профессору Войно-Ясенецкому с просьбой провести похороны по христианским канонам (для самоубийц это возможно только в случае сумасшествия); Валентин Феликсович подтвердил его сумасшествие медицинским заключением.

Во второй половине 1929 года ОГПУ было сформировано уголовное дело: убийство Михайловского якобы было совершено его «суеверной» женой, имевшей сговор с Войно-Ясенецким, чтобы не допустить «выдающегося открытия, подрывающего основы мировых религий». 6 мая 1930 он был арестован. Обвинялся по статьям 10—14 и 186 п.1 УК УзССР.

Во второй половине августа 1931 года Войно-Ясенецкий прибыл в Северный край. Сначала он отбывал заключение в ИТЛ «Макариха» возле города Котлас, вскоре на правах ссыльного был переведён в Котлас, затем — в Архангельск, где вёл амбулаторный приём. В 1932 году поселился у В. М. Вальнёвой, потомственной знахарки. Оттуда его вызывали в Москву, где особый уполномоченный коллегии ГПУ предлагал хирургическую кафедру в обмен за отказ от священнического сана.

"При нынешних условиях я не считаю возможным продолжать служение, однако сана я никогда не сниму", - ответил Лука.

Весной 1934 года Войно-Ясенецкий возвращается в Ташкент, а затем переезжает в Андижан, где оперирует, читает лекции, руководит отделением Института неотложной помощи. Здесь он заболевает лихорадкой паппатачи, грозящей потерей зрения (осложнение дало отслойку сетчатки левого глаза). Две операции на левом глазу не принесли результата, и епископ ослеп на один глаз.

Осенью 1934 года издал монографию «Очерки гнойной хирургии», которая приобрела мировую известность. Несколько лет профессор Войно-Ясенецкий возглавлял главную операционную в Институте неотложной помощи Ташкента. Он мечтал об основании института гнойной хирургии, чтобы передать громадный врачебный опыт.

На Памире во время альпинистского похода заболел бывший личный секретарь В. И. Ленина Н. Горбунов. Состояние его оказалось крайне тяжёлым, что вызывало всеобщее смятение, из Москвы о его здоровье лично запрашивал В. М. Молотов. Для его спасения в Сталинабад был вызван доктор Войно-Ясенецкий. После успешной операции Валентину Феликсовичу было предложено возглавить Сталинабадский НИИ; он ответил, что согласится только в случае восстановления городского храма, в чём было отказано.

24 июля 1937 года арестован в третий раз. В вину епископу вменялось создание «контрреволюционной церковно-монашеской организации», проповедовавшей следующие идеи: недовольство советской властью и проводимой ею политикой, контрреволюционные взгляды на внутреннее и внешнее положение СССР, клеветнические взгляды на РКП(б) и Иосифа Сталина, пораженческие взгляды в отношении СССР в предстоящей войне с Германией, указывание на скорое падение СССР.

Несмотря на длительные допросы методом «конвейера» (13 суток без сна), Лука отказывался признаваться в членстве в контрреволюционной организации и называть имена «заговорщиков». Вместо этого он объявил голодовку, продлившуюся 18 суток. О своих политических взглядах сообщал следующее:

Что касается политической приверженности, я являюсь до сих пор сторонником партии кадетов… я был и остаюсь приверженцем буржуазной формы государственного управления, которая существует во Франции, США, в Англии… Я являюсь идейным и непримиримым врагом Советской власти. Это враждебное отношение у меня создалось после Октябрьской революции и осталось до сего времени … так как не одобрял её кровавых методов насилия над буржуазией, а позднее, в период коллективизации мне было особенно мучительно видеть раскулачивание кулаков.

… Большевики — враги нашей Православной церкви, разрушающие церкви и преследующие религию, враги мои, как одного из активных деятелей церкви, епископа.

В начале 1938 года ни в чём не признавшийся епископ Лука был переведён в центральную областную тюрьму Ташкента. Уголовное дело в отношение группы священников было возвращено из Москвы на доследование, и материалы в отношение Войно-Ясенецкого были выделены в отдельное уголовное производство. Летом 1938 года были вызваны бывшие коллеги профессора Войно-Ясенецкого из ТашМИ Г. А. Ротенберг, М. И. Слоним, Р. Федермессер, которые сообщили о его контрреволюционной деятельности.

В связи с расстрелом основных свидетелей, дело рассматривалось на Особом совещании при НКВД СССР. Приговор пришёл только в феврале 1940 года: пять лет ссылки в Красноярский край.

В начале Великой Отечественной войны отправил телеграмму председателю Президиума Верховного совета СССР Михаилу Калинину:

«Я, епископ Лука, профессор Войно-Ясенецкий… являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где будет мне доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука».

Телеграмму в Москву не передали, а в соответствии с существующими распоряжениями направили в крайком. С октября 1941 года профессор Войно-Ясенецкий стал консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом эвакогоспиталя. Он работал по 8—9 часов, делая 3—4 операции в день, что в его возрасте приводило к неврастении. Тем не менее, каждое утро он молился в пригородном лесу (в Красноярске в это время не осталось ни одной церкви).

27 декабря 1942 года епископу Луке, «не отрывая его от работы в военных госпиталях», было поручено управление Красноярской епархией с титулом архиепископа Красноярского. На этом посту он сумел добиться восстановления одной маленькой церкви в пригородной деревне Николаевка, расположенной в 5 километрах от Красноярска. В связи с этим и практически с отсутствием священников за год архипастырь служил всенощную только в большие праздники и вечерние службы Страстной седмицы, а перед обычными воскресными службами вычитывал всенощную дома или в госпитале. Со всей епархии ему слали ходатайства о восстановлении церквей. Архиепископ отправлял их в Москву, но ответа не получал.

Летом 1943 года впервые получил разрешение выехать в Москву, участвовал в Поместном Соборе, который избрал патриархом митрополита Сергия (Страгородского); также стал постоянным членом Священного Синода, который собирался раз в месяц. Однако вскоре он отказался участвовать в деятельности Синода, так как длительность пути (около 3 недель) отрывала его от медицинской работы.

В начале 1944 года получил телеграмму о переводе в Тамбов.

В феврале 1944 года Военный госпиталь переехал в Тамбов, и Лука возглавил Тамбовскую кафедру. 4 мая 1944 года во время беседы в Совете по делам Русской православной церкви при СНК СССР Патриарха Сергия с председателем Совета Карповым, Патриарх поднял вопрос о возможности его перемещения на Тульскую епархию, мотивировал такую необходимость болезнью архиепископа Луки (малярия); в свою очередь, Карпов «ознакомил Сергия с рядом неправильных притязаний со стороны архиепископа Луки, неправильных его действий и выпадов». В служебной записке наркому здравоохранения РСФСР Андрею Третьякову от 10 мая 1944 года Карпов, указывая на ряд допущенных архиепископом Лукой поступков, «нарушающих законы СССР» (повесил икону в хирургическом отделении эвакогоспиталя № 1414 в Тамбове; совершал религиозные обряды в служебном помещении госпиталя перед проведением операций; 19 марта явился на межобластное совещание врачей эвакогоспиталей одетым в архиерейское облачение; сел за председательский стол и в этом же облачении сделал доклад по хирургии и другое), указывал наркому, что «Облздравотдел (г. Тамбов) должен был сделать соответствующее предупреждение профессору Войно-Ясенецкому и не допускать противозаконных действий, изложенных в настоящем письме».

Кафедральным храмом архиепископа Луки стала открытая за полгода до его приезда в Тамбов городская Покровская церковь (вся епархия в 1944 году насчитывала три действующих храма); она практически не была обеспечена предметами богослужения: иконы и иные церковные принадлежности были принесены прихожанами. Архиепископ Лука стал активно проповедовать, проповеди (всего 77) записывались и распространялись.

В декабре 1945 года за помощь Родине архиепископ Лука был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

В начале 1946 года постановлением СНК СССР с формулировкой «За научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений, изложенных в научных трудах „Очерки гнойной хирургии“, законченном в 1943 году, и „Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов“, опубликованном в 1944 году», профессору Войно-Ясенецкому была присуждена Сталинская премия первой степени в размере 200 000 рублей, из которых 130 тысяч рублей он передал на помощь детским домам. Лука Войно-Ясенецкий был единственным священнослужителем, удостоенным этой премии.

Указом Патриарха от 5 апреля 1946 года переведён в Симферополь.

В начале 1947 года стал консультантом Симферопольского военного госпиталя, где проводил показательные оперативные вмешательства.

В 1955 году ослеп полностью, что вынудило его оставить хирургию. С 1957 года диктует мемуары. В постсоветское время вышла автобиографическая книга «Я полюбил страдание…».

11 января 1957 года избран почётным членом Московской духовной академии.

Умер 11 июня 1961 года в воскресенье, в день Всех святых, в земле Российской просиявших.

Был похоронен на Первом Симферопольском кладбище, справа от храма Всех святых города Симферополя.

В августе 2000 года канонизирован Русской православной церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.